Главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов стал лауреатом Нобелевской премии мира.

Это новость, которую никто не мог предсказать. Все ждали, что Нобелевский комитет выберет Алексея Навального или Светлану Тихановскую. Ровно потому что их повестка – борьба с коррупционно-тоталитарными режимами — была самым драматичным событием 2021 года. Остросюжетным и весьма актуальным с точки зрения ценностей демократии, прав человека и гражданского достоинства. А еще – это была история про невероятную смелость, самопожертвование и искреннюю убежденность в том, что политика не обязана быть по определению делом грязным, коварным и лживым, напротив, она бывает делом чести.

Более того, Алексей Навальный и соратница Тихановской Мария Колесникова находятся в застенках разных, но очень похожих по духу режимов, считающих насилие над своими гражданами одной из естественных своих привилегий.
И, конечно, с этой точки зрения признание узников совести Нобелевскими лауреатами многим (в том числе и мне) казалось делом правильным, благородным и символичным, соответствующим канонам цивилизованного мира, а также принципам поведения в нем.

Не скрою, меня сильно огорчило, что отравленный химическим оружием «новичок», выживший и брошенный в тюрьму по откровенно надуманному делу, умный, отважный и невероятно сильный духом, не игрушечный, а настоящий оппонент нынешней российской власти Алексей Навальный не стал Нобелевским лауреатом. С моей точки зрения, это несправедливо и даже опасно для того же цивилизованного мира. Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, что Нобелевский комитет упустил (и не важно по каким соображениям) шанс сделать самое актуальное на сегодня послание цивилизации, мировому сообществу и, конечно, тем, кто гуманизм считает слабостью, честность – глупостью, коварство – силой, а безнаказанность – успехом. Он в некотором смысле не оправдал надежд. Во всяком случае моих. Возможно, потому что мне уже 62, и так хочется света в конце тоннеля, что я не в силах философски воспринимать жизнь как бесконечность борьбы добра со злом. Очень хочется, чтобы справедливость если не восторжествовала, то хотя бы намекнула, что она жива.
И мне приятно думать, что она именно это и сделала. Дмитрий Муратов – мой коллега, человек, с которым я лично знакома. Он из тех, в ком я точно уверена –он всегда придет на помощь. Потому что знает, что такое быть на острие, не один раз, а каждую минуту. Газета журналистских расследований – это высокий пилотаж в журналистике и, несомненно, Муратов – настоящий профессионал. К тому же – он человек с эмпатией и категорически не циник. Он – первый человек из российских медиа, кто поддержал ЖВ в борьбе за цаговский лес. Он – единственный редактор федерального медиа, кто и словом, и делом помог ЖВ, когда газету пытались дискредитировать делом Адамчука. «Ты, конечно, дура, что дала себя обмануть, но ты – большая молодец, – сказал мне Муратов. – Ты правильно сделала, что защищала этого Адамчука, редактор должен серьезно относиться к угрозам своим журналистам. Лучше ошибиться в сотруднике, чем переживать потери. А вот теперь давай разбираться, кому это все было нужно». И он не просто сказал, а направил в Жуковский отважную Лену Костюченко, которая вместе с моим другом Машей Эйсмонт (в то время колумнистом «Ведомостей», а ныне адвокатом) помогали мне распутывать эту лживую шпионскую историю. И мы ее распутали. А в «Новой газете « появилась большая статья, которая рассказала всей стране, как в Жуковском был опробован новый метод дискредитации независимого издания. В подробностях и с откровениями самого Адамчука, почти детектив. После этой статьи дело Адамчука как-то быстро «вышло из моды» и провластные пропагандисты потеряли к нему интерес.
Надо признать, что с «Новой газетой» у ЖВ давно почти родственные отношения, легендарный военный обозреватель «Новой» Вячеслав Измайлов впервые публиковал свои тексты в «Жуковских вестях», а самые важные журналистские материалы «Новой» мы публикуем в ЖВ. И это – не предмет договора, это история взаимоотношений. Ну, и конечно, принципиальная позиция Муратова – солидарность честной журналистики спасет мир.

Я восхищаюсь муратовским умением «жить вдолгую», не сбавляя скорости. Его роль в том, что «Новая газета» стала «клондайком» для принципиальной журналистики, бесспорна. «Новая газета» – она никогда не была про деньги, она всегда была про миссию и свободу слова. А еще Муратов – из тех правильных (на мой взгляд) редакторов, для которых субординация – на задворках, когда речь идет о работе с талантливыми людьми. Поэтому «Новая» всегда являлась кладезем «звезд» отечественной журналистики. Муратов, как мне говорили, мог быть неправ, но он никогда не позволял себе быть просто начальником. С ним можно спорить, ругаться, доказывать и в конце концов приходить к консенсусу. При этом он – стена, за которой каждый чувствует защиту.

Впрочем, речь даже не об этом. Я просто хотела сказать, что «Новая газета» в лице Дмитрия Муратова, конечно же, заслужила признание Нобелевского комитета. Причем, не только сейчас, а уже давно. Как минимум пятнадцать лет назад, когда была убита Анна Политковская. И она была не первой жертвой, счет погибших журналистов независимого издания открыли Юрий Щекочихин и Игорь Домников. Самое страшное, что он оказался незакрытым и после гибели Ани: Наталья Эстемирова, Настя Бабурова, Станислав Маркелов… У меня замирает сердце, когда я читаю Елену Милашину о том, что происходит в Чечне. Понятно, что Муратов – это все они. Без всяких «но». Как и понятно то, что «Новая газета» – символ свободы слова в России.
Вопрос лишь в том, что этой свободы в стране все меньше и меньше, власть методично выдавливает ее в гетто с циничным названием «иностранный агент», лишая честных журналистов права на профессию. И у нее это хорошо получается, потому что фактически уничтожен институт выборов и независимое правосудие, а неприкрытые политические репрессии стали нормой.

Вот поэтому многие понимающие суть вещей люди ждали Нобелевки для Навального, который стал символом перемен и заплатил за это невероятными рисками для собственной жизни. Навальный – политик, который двигает пласты, а не хотеть сегодня перемен могут только жулики, воры и рабы. Я уверена, что именно поэтому почти все сотрудники «Новой» и сам Дмитрий Муратов болели за Навального. Об этом многие написали в ФБ.

Ровно поэтому лично я испытываю сложные чувства: и сожаление, и радость.
Так или иначе, жизнь покажет, насколько и что было важным. Я искренне и горячо поздравляю Дмитрия Муратова и всех сотрудников «Новой». Ребята, это потрясающее признание вашей работы. Вы честно это заслужили!

Ну и, конечно, свободу Алексею Навальному!