Варвара Грачева: «Попав в первую сотню, поразила тренера своей реакцией»

657

О том, как спортсмены живут на карантине, мы беседовали со многими жуковчанами. Нашу теннисистку Варвару Грачеву, которая в прошлом году вошла в первую сотню мирового рейтинга, пандемия коронавируса застала во Франции.

– У нас тоже нельзя было выходить на улицу, но все равно не возникало стойкого ощущения, что всех заперли и посадили по квартирам, – рассказывает Грачева. – Вполне официально, оформив необходимые бумаги, можно было обходить ограничения и хотя бы раз в день тренироваться. Либо заниматься ОФП, либо на кортах на частной территории. Мы пробивались туда иногда, однако потом там сняли сетку. Но все равно находили выход. Например, ребята, которые оказались в других частях Франции, били мячом в стенку у дома. Неплохой вариант, кстати, а проще было тем, у кого частная территория.

– Тренировочный процесс сильно изменился?

– Лично для себя я этого не заметила. Те же упражнения, бег… Возможно, добавилось больше «физики», но в целом все привычно. Тем более, турниры начнутся нескоро, поэтому нет смысла именно сейчас форсировать форму.

– Но, наверное, обидно получать такую паузу после самого успешного сезона в карьере, когда удалось серьезно подняться в рейтинге?

– Да, но мне, на самом деле, сложно оценивать данную ситуацию. После подъема начала проигрывать, и, возможно, в нынешней паузе даже можно найти свои плюсы. Есть возможность перевести дух, набрать форму.

– Перезагрузиться?

– Конечно. Хотя, другим игрокам, наверное, сложнее. Впрочем, сейчас у всех связаны руки. Границы во многих странах закрыты, корты не работают, в клубах нужно ходить в масках. Прямо скажем, все это не самое большое удовольствие. Эту ситуацию нужно пережить и выжить.

– В новостях как раз проскакивало сообщение о возможной помощи спортсменам, не входящим в топ-списки.

– Слышала об этом, но если какое-то решение будет принято, теннисистам об этом сообщат конфиденциально. Пока говорят, что к процессу подключаются ATP и ITF, и все объединяют усилия для создания специальных фондов.

– Переход с юниорского на профессиональный уровень – не самый простой процесс. Когда возникло ощущение, что у вас получается?

– Если смотреть на рейтинг, то, наверное, это конец прошлой весны – начало лета. Тогда удалось за короткое время совершить серьезный прыжок вверх. Стало понятно, что у нас – а я не разделяю себя со своей командой – есть шанс залезть наверх и постараться задержаться там как можно дольше. Стало больше турниров, и все завертелось с какой-то нереальной скоростью. А в период с конца осени до начала зимы появился шанс попасть в основную сетку Australian Open. Все было очень близко.

– Помните свои ощущения, когда узнали, что впервые в карьере попали в первую сотню рейтинга WTAtour?

– Это было как раз 100-е место. Но я, если честно, за рейтингом совсем не следила. Просто играла, и все. Победила – отлично. Проиграла – двигаемся дальше. В тот момент выступала в Индиан-Уэллсе, и новость мне сообщил тренер: «Варя, ты в первой сотне!». Моя реакция: «О, прикольно», – его немного поразила (смеется). Но это нормально, потому что работа в любом случае продолжается, и тебе снова и снова нужно отправляться на корт.

– Тогда вы остановились в шаге от основной сетки US Open, добравшись до финала квалификации.

– Это когда я уступила Хогенкамп. На самом деле получился хороший матч, а соперница за счет своего опыта сыграла лучше в самых важных моментах. Я, напротив, в этих эпизодах ошибалась, действуя хуже, чем могу. В таких встречах все решают именно моменты. Конечно, было обидно, но когда ты, находясь на 170-м месте в рейтинге, на первом в жизни турнире «Большого шлема» проходишь до третьего круга, это круто.

– Считается, что попасть в первую сотню проще, чем удержаться там. Согласны с такой формулировкой?

– Естественно. На одном турнире, когда от тебя ничего особенного не ждут, и ответственность не давит, может выстрелить каждый. Теперь же добавился прессинг, ведь требуется защищать очки. Только ситуация двоякая, так как высокий рейтинг дает преимущество при посеве. Где-то ты стартуешь со второго круга, и это по умолчанию дает больше набранных очков. Получается, правила в какой-то степени уравновешивают ситуацию.

– Понятно, что никаких прогнозов сейчас делать нельзя, но возвращаться после паузы будет непросто?

– Сейчас я искренне верю, что турниры возобновятся в этом году. Уверена, что всю информацию мы получим заранее, потому что у нас очень сильная организация, которая оперативно доводит все новости. То есть, будет время набрать форму и вернуться к активной жизни.

– В Германии уже играют в футбол, а в командных видах, где есть постоянный контакт и единоборства, ситуация в плане обеспечения безопасности сложнее, чем в теннисе. У вас два человека на разных концах корта.

– В любом случае ты контактируешь с большим количеством людей. Рядом с кортами на крупных турнирах всегда боллбои… Никто сейчас не знает, какими будут правила. Но очевидно, что будет безумно сложно, и всем придется привыкать к новым требованиям.

– Во время карантина свободного времени у вас стало больше?

– Лично у меня такого ощущения нет. По-прежнему занимаюсь допоздна, долго делаю растяжку, много общаюсь. Огромное спасибо моему тренеру и всей моей команде. Она у меня просто супер, и делает все, чтобы облегчить ситуацию. Такого, что можно свихнуться от скуки, точно нет. Это даже хорошо, потому что, если нечем заняться, можно и на стенку начать лезть (смеется).

– Но все равно пауза – это возможность уделить внимание тому, на что прежде не всегда хватало времени. Например, язык подтянуть.

– Действительно, занимаюсь французским с репетитором. Чуть-чуть свободного времени добавилось, поэтому еще взяла себе уроки рисования. Конечно, бывают дни, когда хочется просто поваляться на диване, но скорее мне всегда есть, чем заняться.

Поддержи Жуковские вести!

Подробнее о поддержке можно прочитать тут