Сквозь акварель просвечиваю я... — Жуковские ВЕСТИ
Логин:   Пароль:

Гости

ПОСЛЕДНЕЕ В КОЛОНКЕ

[13:37 01.07.15] Комментариев: 10

Благотворительность в России больше, чем обычная благотворительность, порой, это единственный шанс спасти чью-то жизнь

[17:36 09.02.15]

Гость ЖВ. Перед выступлением в Доме ученых ЦАГИ лидер «Несчастного случая» побеседовал с ЖВ о ситуации в стране и мире, революциях и рефлексиях

[15:09 19.11.14] Комментариев: 3

Корреспондент ЖВ побеседовал с пианистом Борисом Гильтбургом перед концертом в ДК

[11:29 08.08.14] Комментариев: 8

«В России сейчас происходит репутационная катастрофа: на высоких постах находятся люди — не те, за кого себя выдают. Подлоги и фальсификации в научной деятельности — показатель того, как человек будет вести себя в других ситуациях, в другой работе»

ALEX_02_2017.gif


Lestnicy_209_320_4v.gif

old_maori_320_209-screen.jpg

kadri_reklama.gif

elpodp.gif










Екатерина Перченкова

Сквозь акварель просвечиваю я...

В ее работах – ярких, прозрачных, с чистыми цветами – много воды, ветра и света. Калифорнийские деревья и индийское солнце, швейцарские улочки, - живой рассказ о необычной жизни и путешествиях художника Анны Соколовой

Из досье: Анна Соколова – психолог по профессии и художник по внутренней необходимости: начав учиться живописи уже после окончания Московского государственного психолого-педагогического института, она самостоятельно освоила технику акварели. Ученица класса технологии живописи жуковского художника Юрия Чугуева. Работала в центре толерантности и гуманитарных технологий Гратиса.



- Аня, почему ты выбрала профессию психолога?

- Это не «профессия», для меня это совсем другое. С одной стороны, психолог – такой же поставщик услуг, как и парикмахер, пожарный, да как кто угодно… Но кроме уровня социального, есть духовный уровень. Поступая в институт, я верила, что психология – это что-то про душу, про исцеление; юношеский такой идеализм… И как же велик был ужас, когда на третьем курсе стало понятно: это наука о психических процессах, не имеющая никакого отношения к душе.
Зачем работать психологом? Ответ на этот вопрос меняется в течение жизни; мотивация – штука динамичная. Думаю, человек просто должен заниматься тем, что сквозь него льется как бы само. Вот и с психологией у меня так. А мотивация – это очень важно, это уровень рефлексии; и она все время меняется. Раньше мне было важно увидеть душу человека, понять ее, помочь ему; с опытом формулировка сменилась: сделать жизнь человека интереснее, легче, наполненней. Другое дело, что мы всегда работаем в контексте клиента, то есть, делаем только то, что он сам хочет. Психологу может казаться, что он знает, как лучше, что может где-то вмешаться… это очень сложный вопрос.

- Психология – область очень объемная; чем именно ты занимаешься?

- Я работала в рамках разных сфер психологии: занималась как индивидуальным консультированием, так и групповым. В рамках групповых занятий разрабатывала и проводила тренинги на различные темы: социальная компетентность, толерантность, снижение агрессивности, формирование конструктивного поведения в конфликте, обучение работе с жертвами насилия, межкультурная компетентность, профилактика выгорания; если все перечислять – не хватит времени. Сейчас пока работаю в сфере профилактики сиротства и помощи детям-сиротам через повышение качества поставляемых им услуг, но мне очень интересны и арт-терапия, и телесно-ориентированная терапия, и семейная психология.

- Ты начала рисовать, будучи уже вполне взрослым, практически состоявшимся человеком. Откуда взялись силы на занятие, требующее долгого обучения и большого количества времени?

- Наверное, вопрос не в силах, а во внутренней необходимости: так получилось, что совпали кризис в личной жизни и профессиональный кризис, отразившийся на смысловых и ценностных структурах; мир рухнул, проще говоря. Нужно было придумать любую, пусть даже дурацкую задачу, чтобы продолжать жизнедеятельность. Так появилась живопись – курсы для взрослых у Юрия Михайловича Чугуева в Жуковском. Во время написания работ возникало состояние легкого транса, остановки внутреннего диалога. Как сейчас понимаю, это состояние, близкое к медитации; чем и пользуюсь по сей день. Изначально одной из задач живописи была личностная коррекция - нужно было как-то себя менять, невозможно было существовать с собой-прежней… И, естественно, это средство самодиагностики, - лучше видишь то, что происходит у тебя внутри.



- Но сейчас ты пишешь, в основном, акварелью, - почему?

- Масло – материал более вязкий, может быть, более «взрослый», серьезный… А мне хотелось выработать у себя легкость в мировосприятии, легкость в жизни вообще; я с детства была слишком тяжелой на подъем, серьезной, усидчивой, со склонностью к трагизму и превращению мух в слонов… В акварели есть вот эта нужная мне легкость. Кроме того, многие психологи считают, что акварель – это «работа со внутренними слезами», она хорошо подходит для работы с горем. Не говоря уже о том, что это взаимодействие с водой в принципе, а контакт с водой вообще облегчает протекание различных психических процессов, особенно в ситуации «застревания».
Мне импонирует акварель яркая; в этом, возможно, пока много декоративности, но я стремлюсь к большей реалистичности при сохранении своего стиля и почерка. Хотя основная задача все же – коррекция внутренней реальности, а внутренняя реальность для меня первична и определяет внешние формы существования. И потом, так можно попытаться скорректировать реальность и другого человека, зрителя. Я стараюсь писать так, чтобы и сюжет, и композиция, и цвета настраивали зрителя на контакт с собой, позитивное мировосприятие, - это такой сплав арт-терапии, фэн-шуя… и, наверное, даже магии.

- Аня, где можно увидеть твои акварели?

- В Москве, в Музее Образования, планируется выставка в октябре.

- А будет ли выставка в Жуковском?

- Обязательно будет, как только у меня наберется достаточное количество работ.

- С «тяжестью на подъем», кстати, ты справилась отлично: немногим выпадают такие удивительные путешествия – Америка, Европа, Индия… Что запомнилось тебе больше всего?

- Калифорния. Любовь навсегда. Это даже нельзя назвать Америкой, она совершенно особенная. Сан-Франциско вообще завораживает; мой друг-калифорниец однажды сказал: «Здесь возможно все. Здесь сбываются все мечты. Ты смотрела «Солярис» Тарковского? Вот так и сбываются».
Швейцария… Шанс остаться там был – как лотерейный билет в жизнь, наконец обеспеченную и безопасную, благополучную во всех отношениях. Но, видно, еще не пришло время перестать себя мучить; я вернулась. Россия – очень жесткое пространство, где приходится заниматься даже не жизнью, а выживанием; после такого трудно перестроиться на нормальную жизнь.



- Больше всего времени ты провела в Индии – что эта страна значит для тебя?

- Индия – очень легкая и при этом очень наполненная. В этом году было уже второе индийское путешествие, а общий размах – от Тривандрума (южная оконечность) до предгорья Гималаев, центральная Индия и практически все западное побережье. Это в чем-то такая же жесткая страна, как Россия. Трудно: грязь, неприятные запахи, постоянное нарушение границ твоего пространства, невозможность строить планы, особое отношение индийцев ко времени… Однако «надстоящее пространство» Индии (по Андрееву) – совершенно особое, высокое, весь центр тяжести переносится на мир духовный, на потребности души.
Потом была еще Шри-Ланка – разительный контраст: самая пьющая страна в этом регионе, - хотя и самая, наверное, буддистская. Огромное впечатление – некоторое время, проведенное в буддийском монастыре. Наверное, буддисты – самые жестокие и честные люди. Все остальные религиозные системы придумывают массу всего – бога, дьявола, что угодно. А буддизм ставит человека лицом к лицу с собой. Честно. Просто. Сильно. И так трудно, страшно, мучительно поначалу…
Не знаю, что еще рассказать про Индию; ее нужно видеть своими глазами. У каждого будет свое кино там, - если хватит сил смириться с бытовыми условиями. Индия подарила мне – меня. Божественное во мне. В корне поменяла мою жизнь, сделала ее еще более… моей.

- И под конец беседы разреши спросить: что значит для тебя твоя профессия? Ведь она отражается на твоей жизни и путешественника, и живописца; что самое важное в ней?

- Возможность видеть, как меняется жизнь человека, меняется что-то в его душе, как повышается уровень осознанности. Мне кажется, главное – именно понимание того, что происходит с тобой. Даже если человек страдает – но делает это осознанно – пусть так, это его выбор, это не делает его жизнь беднее.






Последнее обновление: 21.09.2017, 13:57

Бадминтонисты сыграли в четвертьфиналах

рубрика: Спорт