Местное самоуправление: пациент скорее жив, чем мертв? — Жуковские ВЕСТИ
Логин:   Пароль:

Общество

РАНЕЕ В РУБРИКЕ

ALEX_11_2017.gif

боковой_зима.gif

zhv_sold_6500.jpg

zhv_sold_4500.jpg

юлайф_матросов.jpg
  
kadri_reklama.gif 

zhv_sold_2500.jpg

zhuk_social_web-tl.jpg

poshiv_209_320.jpg









Местное самоуправление: пациент скорее жив, чем мертв?

Местное самоуправление: пациент скорее жив, чем мертв?

Муниципальные депутаты Московской области обсудили местное самоуправление, точнее, его сегодняшнее состояние, поставили диагноз и определили лечение

В закон об общих принципах местного самоуправления внесено достаточное количество поправок, урезающих полномочия на местах, что негативно влияет на экономическую и политическую ситуацию. Московская область сейчас явный лидер в борьбе с местным самоуправлением, то, как проводят ликвидацию сельских поселений как административных единиц, не обращая никакого внимания на мнение жителей, противоречит не только законодательству, но и здравому смыслу. В редакции ЖВ на круглом столе по вопросам местного самоуправления собрались муниципальные депутаты из разных районов области: Светлана Безлепкина, депутат Совета депутатов г.о. Жуковский от партии «Яблоко», Николай Дижур, избранный по списку политической партии «Яблоко» депутат Совета депутатов г.о. Чехов, Галина Менькова, заместитель председателя Совета депутатов сельского поселения Верея, и Александр Чмут, депутат городского поселения Удельная.

С региональными властями, пытающимися уничтожить, как указано в законе, «одну из основ конституционного строя» — местное самоуправление, все более или менее понятно. При этом, в моем понимании местное самоуправление — решение местных вопросов населением под свою ответственность, ведь любые права автоматически накладывают и ответственность. Вы постоянно общаетесь со своими избирателями, поэтому хочу задать вопрос вам как практикам: готово ли общество в муниципалитетах взять на себя такую ответственность? Доросли ли граждане до местного самоуправления?

Светлана Безлепкина: Закон о местном самоуправлении касается не только жителей и их прав, люди выбирают депутатов, которые вместе с администрацией, органом исполнительной власти, должны чаяния народа выполнять. Сами жители не принимают решения, которые имеют последствия, они делегируют эти права своим представителям во власти. Изначально была выстроена адекватная система, при которой муниципалитетам давали достаточно полномочий, так как город или поселение лучше знает свои проблемы и задачи развития. Однако постепенно идею местного самоуправления извратили настолько, что теперь в муниципалитетах так называемое внешнее управление — региональная власть диктует свое мнение, которое просто безоговорочно исполняется, естественно, не в интересах граждан.
Николай Дижур: Ответственность граждан определяется тем, что сами люди избирают органы местного самоуправления — главу города и депутатов, они формируют бюджет и контролируют его исполнение. Исполнительная власть, администрация под руководством избранного главы бюджет расходует, Совет депутатов контролирует. По структуре на сегодняшний момент прямая демократия осталась лишь на самом низовом уровне – сельских поселениях, которым Конституционный суд еще оставил прямые выборы глав, а не назначения из числа депутатов или вообще на конкурсной основе. Готово ли общество взять на себя ответственность, четко видно на муниципальных выборах. Здесь, конечно, возникают нюансы, потому что люди подвержены влиянию, и власть всех уровней кровно заинтересована в том, чтобы у людей вообще отпало желание ходить на выборы. На выборы мобилизуют бюджетников, которые выбирают тех же зависимых от власти бюджетников и бизнес. Вы посмотрите, у нас сегодня школа перестала быть институтом образования, а стала политическим инструментом. С 1 сентября директор школы в области получает зарплату выше, чем у главы района, и совсем не потому, что качество образования стало лучше. Оно наоборот падает, родители начинают нанимать репетиторов буквально с первого класса. Зато школы являются рупором государственной политики, на всех выборах именно избирательные комиссии в школах дают нужный власти результат, а депутаты-директора школ, не задумываясь, голосуют, как того требует вертикаль власти. Я считаю, что население активно хочет не участвовать в политических процессах, оно поставлено сегодня на грань вымирания и люди просто хотят жить. Когда сегодня проходит эта насильственная реформа имени губернатора Воробьева, уничтожающая местное самоуправление, люди, которые приходят на обязательные публичные слушания с трудом могут сформулировать, почему они не хотят ликвидировать сельское поселение и войти в городской округ, но они четко высказывают свое мнение. И это их конституционное право, а обязанность власти — реализовать решение населения. Однако этого не происходит. Закон четко определяет, что преобразовать муниципальный округ можно только с учетом мнения населения. Наша общественная организация «Гражданский форум местного самоуправления» приезжала на все эти публичные слушания и повсеместно видели одну и ту же картину: люди четко выразили свой протест по поводу этой сомнительной реформы, они не хотят укрупнения, формулировки разные — мнение одно.
Галина Менькова: Я расскажу о своем опыте. В 2014 году в сельском поселении Верейское организовались сами жители и реализовали свое право на местное самоуправление. Мы все понимали, что это наша малая родина, и знали, что нужно для ее развития и нормальной жизни, просто пошли в депутаты и выиграли эти выборы у бюджетников. Явка на выборах у нас была 50 процентов, на довыборах в 2016 году по одному округу – 63 процента. То есть когда жители видят, что происходят изменения, когда их интересы представляют народные избранники, явка только растет. За три года в поселении сделано больше, чем за все предыдущие 14 лет.
Николай Дижур: Общество никогда само по себе не будет готово к реализации своих прав, но когда перед лицом какой-то угрозы находятся люди, способные организовать, и видны результаты их работы, активность населения возрастает, отсюда и увеличение явки на выборах.
Галина Менькова: Да, мы ходили по жителям и объясняли, что в предыдущие годы депутаты не слышали мнение людей, потому что 7 из 10 депутатов — это жители других поселений и им безразлично, что у нас происходит. Например, раньше было так: публичные слушания по генплану прошли в мае, а объявление о них опубликовали в июле. Сейчас перед всеми публичными слушаниями мы публикуем извещения, обзваниваем людей, пишем в соцсетях, ходим по домам. Защищаем интересы поселения. Жители, видя изменения, активно участвуют в жизни поселения.
Александр Чмут: На выборах сейчас побеждает безразличие большинства. Вот наверное этим большинством и определяется активность населения. Ответственность подразумевает наличие неких обязанностей. Потребительски подходить к свои правам, мне кажется, все-таки неправильно. Надо брать на себя ответственность не только по тем вопросам, которые в данный момент волнуют, но и по общей ситуации в целом. Мы должны не тушить пожар, а работать на его предотвращение. Это сложно, требует внутренней работы, специальных знаний. Например, бюджет. Это достаточно сложный, взаимосвязанный и сбалансированный документ. Поэтому просто говорить, что хотим вот здесь и вот так, нужно понимать, как это повлияет на ситуацию в целом. Это не только желание, но и понимание возможностей, умение их применить. Поэтому решение местных вопросов население должно принимать через своих представителей, избранных на честных выборах, однако, к сожалению, пока побеждает именно безразличие большинства.
Николай Дижур: Общество состоит из разных людей, у каждого из которых присутствует здоровый эгоизм: вы по определению себя любите больше, чем меня. Но в сложные периоды это общество эгоистов консолидируется. То, что сейчас творится в Московской области, консолидировало людей из разных уголков региона и подтверждение тому – наша с вами встреча. Ликвидация сельских поселений в пользу районов сплотила многих, потому что это антиконституционно. Например, протяженность Дмитровского района — 70 км, когда вводили закон о местном самоуправлении, была норма – человек должен пройти пешим шагом до административного центра и обратно за 8 часов. Попробуйте до Дмитрова дойти из сельских поселений за это время. Людям совершенно очевидно, что они теряют доступность местной власти.

Также люди понимают, что теперь решать их вопросы будут не свои, местные депутаты, а люди, которые не живут в поселении, и им не близки проблемы именно этой территории. А при таких выборах, когда у всех депутатов и глав один избиратель — губернатор, будут просто голосовать, как укажут, не учитывая мнения населения. Вы же сами все знаете, как проходят выборы…

Николай Дижур: На муниципальных выборах часто выбирают пришедшие благодаря административному ресурсу бюджетники, и выбирают они тех, кто нужен власти как безропотный исполнитель. Но даже и здесь случаются сбои, и не все муниципальные Советы депутатов так однородны и стерильны. Поэтому в области и происходит эта убийственная реформа, меньше депутатов, меньше проблем. В Чеховском районе раньше было 150 депутатов, сейчас 25. Потому что раньше было пять поселений, и все они разные, совершенно неэффективно и непрофессионально пытаться их унифицировать. Лоббисты этой реформы рассказывают об оптимизации расходов, однако цели совершенно иные: уменьшить количество депутатов, чтобы исключить независимых депутатов, которые ближе к избирателям, чем к власти. Есть еще одна интересная вещь, ведь при управляемости выборов, когда результаты во многом известны заранее, происходит торговля мандатами. Например, мандат депутата областной думы стоит 50 млн рублей. В Серпуховской городской думе мандат депутата оценили в 2 млн рублей, это просто были партийные взносы. Комичность ситуации состояла в том, что депутатов 25, а благотворительные взносы внесли 40 человек. Все парламентские партии придерживаются одних и тех же принципов. Мы даже определили для всего этого всеобъемлющее название — проданная Россия.

И как в таком случае людям реализовывать свое право на местное самоуправление, если в результате таких выборов в Совете депутатов оказываются люди, которых реально не выбирали?

Николай Дижур: Рецепт простой. Во-первых, нужно завтра же вступить в общественную организацию «Гражданский форум местного самоуправления», чтобы консолидировать усилия по отстаиванию своих прав. И поддержать на предстоящих выборах губернатора Николая Измаиловича Дижура.

И вы гарантируете нам светлое будущее?

Николай Дижур: На светлое будущее надо работать 24 часа в сутки и всем вместе, тогда оно, несомненно, наступит. Хотя это непросто, в 2013 году я выдвинул свою кандидатуру на выборы губернатора Московской области. В тот момент я был членом президиума Совета муниципальных образований Московской области и руководил всеми председателями Советов депутатов Московской области. То есть казалось, что собрать подписи и пройти муниципальный фильтр не представляло для меня никакой проблемы. В результате я в этом статусе собрал четыре подписи. Естественно, сначала подписи собрали Андрею Воробьеву, а потом для имитации честных выборов и конкуренции подписали еще за нескольких кандидатов, кроме меня. Именно подписали, а не подписались, сами депутаты не вольны были выбирать, кому отдать свою подпись. Но всю общественно-политическую ситуацию нужно рассматривать в динамике, она постоянно меняется. А мы просто должны работать, делай, что должен и будь, что будет. Сегодня нужно объединение общества, формирование новых форм воздействия на власть. Вот наша общественная организация появилась не просто так, этому была вполне конкретная причина, когда губернатор Воробьев в 2016 году заявил, что все муниципальные районы станут городскими округами, при этом никто даже не поинтересовался мнением людей. Почему сверху должны определять, как нам жить, если у нас есть свое собственное мнение на этот счет? И этот простой вопрос нашел поддержку, муниципальные депутаты и простые граждане стали консолидироваться для защиты своих законных прав, ведь местное самоуправление – это фундамент государства. Активные люди в муниципалитетах должны объединяться, чтобы решать общие важные для общества вопросы.

У меня еще один вопрос по реализации гражданами своих прав на местное самоуправление. Возможно ли, на ваш взгляд, сегодня решить какой-нибудь местный вопрос через референдум? В законе это прописано, а как на практике?

Светлана Безлепкина: Я считаю, что сама процедура прописана таким образом, что официально провести его практически невозможно, потому что ключевые решения на его организацию опять принимаются людьми, которые встроены в вертикаль власти. Это также, как и с митингами, когда отказывают по надуманным причинам или ставят невыполнимые условия. А когда жители сами грамотно оформляют свое мнение, им пеняют на отсутствие официального статуса у такого волеизъявления. Мы все это проходили, когда в центральной части города проводили гражданский референдум, и люди заполняли бюллетени по вопросу строительства МФЖК на месте бывшего кинотеатра «Звездный». Более 80 процентов высказались против строительства, однако власти проигнорировали этот факт. Более того, после скандальных выборов последних 10 лет в Жуковском, есть большие сомнения в честности подсчета голосов по данной процедуре.
Николай Дижур: Если говорить о региональном референдуме, то мы уже трижды подаем в Московскую областную думу заявку на проведение референдума по возврату прямых выборов глав муниципалитетов. Основания для отказа анекдотичные: например, мы отказываем в проведении референдума. Потому что у нас не открыт избирательный счет. Мы будем обжаловать эти отказы в суде. И результат, я считаю, есть, потому что своими действиями областные депутаты в очередной раз показывают свое истинное лицо, что тоже важно для увеличения общественной активности. Местный референдум, например, в сельском поселении Верейское провести можно, потому что у них независимый Совет депутатов. Я могу сказать, что за последние полтора года не было проведено ни одного местного референдума. Сейчас в городском поселении Талдом подали заявку на проведение референдума по вопросу прямых выборов главы. Им сейчас пытаются внести поправки в Устав, чтобы избирать главу из состава Совета депутатов, с чем жители категорически не согласны. И депутаты от КПРФ поддержали людей. Насколько я знаю, в заявке отказали и сейчас это решение будет оспорено в суде.

В сельском поселении Верейское жители смогли реализовать свое право на местное самоуправление, и Совет депутатов на практике представляет интересы своих избирателей. Достаточно ли полномочий для эффективной работы на местном уровне?

Галина Менькова: Это самый болезненный вопрос. В 2015 году Госдума решила урезать полномочия у сельских поселений и лишила нас 24 полномочий из 37. Все важные вопросы, в том числе и градостроительные, решаются в районе и области. Отсюда у нас у всех такие «интересные» генпланы и «чудесные» проекты землепользования и застройки. Земельные вопросы также не в нашей компетенции, в 2016 г. их передали из области на уровень района, но дальше вниз не спустили, хотя закон это предусматривает. Вместе с полномочиями сократили и людей, при этом увеличили колдичество сотрудников на региональном уровне. Штат областных министерств и ведомств по самым скромным подсчетам — более 20 тысяч человек. А фактически работу по многим отобранным у поселений полномочиям исполняют сотрудники администраций поселений. То есть законом полномочия забрали, обязанности по ним исполняют поселения, а деньги за выполненную работу получает область. Например, возьмем НДФЛ. Когда мы пришли в 2014 году, в поселении оставались 4 копейки с рубля, а в 2015 году нам оставили только 2 копейки. Затем область дает нам дополнительным нормативом эти же 2 копейки, и если мы перешагиваем 5-процентный рубеж между доходами и расходами, то нас признают дефицитными. А потом начинаются разговоры, зачем нам такие поселения, давайте все объединим. А может, лучше для начала нам вернуть, что у нас забрали, и мы не будем искусственно созданной обузой. На мой взгляд, половина налогов, собираемых на территории, должна там же и оставаться.
Светлана Безлепкина: Все делается исключительно для того, чтобы все финансовые потоки перенаправить в область. В последнее время даже вопросы перепланировки квартиры отдали в Главархитектуру Московской области. За эту услугу мы платим в область, но они для исполнения спускают вниз, где и проходит фактическая работа.
Николай Дижур: Муниципалитеты обезжирили и обескровили, у местных депутатов власть декоративная. Вот я депутат, а юридически влиять практически ни на что не могу, хотя у органов местного самоуправления в городских округах есть 45 полномочий. Например, библиотечное дело, можно им очень хорошо заниматься, отлов диких собак — тоже можем. Еще у нас есть бюджет, который депутаты делят и распределяют, в Чехове, как и в Жуковском, это обычно 23 депутата иногда «за» очень странные предложения и мы двое от «Яблока» — «против». При этом происходит монополизация финансовых потоков, которая неминуемо ведет к вырождению региональной власти в преступное сообщество. Нас постоянно грабят с целью аккумулировать у себя все денежные потоки. Яркий пример — МосОблЕИРЦ, искусственно созданная контора, в которую загнали всех, кого могли. И в независимости от собираемости платежей многомиллионный бюджет, фантастические зарплаты, без какой-либо ответственности за качество работы. И так во всех отраслях. При этом кумовство и семейственность привели к полной потери адекватности власти. Сейчас в Подмосковье мусорный коллапс, потому что целеполагание не то, которое декларируется: на словах оптимизация процессов переработки, а на самом деле просто перенаправление средств без какой-либо работы.
Мособлдума определила прожиточный минимум в регионе на 2018 год 9527 рублей, тем самым заведомо выведя большое количество людей за черту бедности, практически каждый третий сегодня в Московской области — нищий. При этом доход Андрея Юрьевича Воробьева за 2016 год составил 10 млн рублей.

Мы определили, что населению довольно сложно реализовать через существующие выборы свои права на местное самоуправление. Там, где это удалось, законодательным путем ограничили полномочия муниципалитетов, да еще и все финансовые потоки сконцентрировали на региональном уровне. В этой связи хочу все-таки спросить, так есть ли у нас еще местное самоуправление, пациент скорее жив, чем мертв, или наоборот?

Галина Менькова: Сейчас местное самоуправление функционирует в довольно урезанном виде, это как бегуну связать ноги и заставить его бежать. Нам нужно работать с населением, чтобы общество осознало важность вопроса местного самоуправления, и совместно мы должны вернуть полномочия на местный уровень. Без этого не будет никакого развития страны в целом.
Светлана Безлепкина: Вся наша государственная власть занимается исключительно ликвидацией местного самоуправления, постепенно, но последовательно. Главная задача — убрать местных независимых депутатов, которые мешают коррупции и воровству. Тем более, они выступают против выкачивания ресурсов и финансов из муниципалитетов. С таким вектором развития мы скоро дойдем до того, что останутся только депутаты Мособлдумы. У честных, активных людей просто выбивают платформу. Зачищают поле, чтобы никто не выступал.
Александр Чмут: Вы знаете, когда говорили, что местное самоуправление – это как права, так и ответственность, то мне кажется, что ответственность нельзя дать, ее можно только взять. Если жители это делают, то местное самоуправление есть, а если они не считают этот вопрос важным, бессмысленно теоретизировать, что для этого нужно. Должна быть мотивация. Активность и заинтересованность не определяется циркулярами и указами, а сознанием людей. И безразличие людей, пожалуй, сейчас самая большая угроза местному самоуправлению. 
Николай Дижур: Пока я – депутат местного самоуправления, избранный на прямых выборах, трижды подтвердивший свой статус, местное самоуправление есть. Мои избиратели реализовали свое конституционное право на местное самоуправление. Я транслирую их мнение, причем не просто заявляю, а аргументирую, реализуя свои знания и опыт в их интересах. Свой статус депутатов мы можем реализовать только посредством закона о митингах, шествиях и демонстрациях, только в такой форме мы сегодня можем влиять на ситуацию. Собраться с жителями и заявить о своих правах, потребовав от власти их соблюдения. Иначе дальше будет только хуже, заявление о своих правах сейчас жизненно необходимо. При молчании власть просто начисто забывает о законе и справедливости. Вопиющий случай произошел с ликвидацией Московской областной думой сельского поселения Борисовское, когда областные депутаты просто злоупотребили своими полномочиями, нарушив закон. Год назад вышли с инициативой объединения всех поселений Можайского района. В Борисовском пять из девяти депутатов выступили против, даже не стали рассматривать эту инициативу. На них было сильное давление, но они устояли, а благодаря им и Можайский район. В сентябре в этом сельском поселении переизбирали Совет депутатов. Явка составила 49,7% и прошли все десять из десяти независимых кандидатов, стало очевидно, что они поселение не сдадут. И тогда уже в январе 2018 г. Мособлдума взяла и сама приняла решение о ликвидации сельского поселения Борисовское, хотя это не входит в их полномочия. Поэтому мы должны объединяться, «возьмемся за руки друзья, чтоб не пропасть поодиночке», — как пел Окуджава. Одинокие голоса из разных районов власть не слышит, а вот одно общее, твердое «Хватит!» изменит ситуацию.









Реклама

Последнее обновление: 20.02.2018, 02:32

Юрию Важнову — 80 лет

рубрика: Общество